Борис Тимофеевич КИСЕЛЁВ

Борис Тимофеевич КИСЕЛЁВ 

МОЯ БИОГРАФИЯ

Я, Киселёв Борис Тимофеевич, родился в Москве 12 сентября 1923 года. В 1941 окончил 43-ю среднюю школу Фрунзенского рай­она. 21 июня получил аттестат о среднем образовании с хорошими и отличными оценками. А 22 июня на нас напала фашистская герма­ния. 23 июня я пошёл в военкомат. Заявил, что хорошо знаю началь­ную военную подготовку, был военоргом школы, руководил стрел­ковым кружком, имею несколько разрядов по спорту, а по стрельбе 2-й разряд, и прошу отправить меня на фронт. Заявление взяли, но на фронт не отправили. В это время при домоуправлениях были орга­низованы отряды ПВО.

Меня пригласили в бригаду охранять от «зажигалок» дом № 9 по Большому Васильевскому переулку. А 3 августа 1941 года я получил повестку из военкомата. После медицинского обследования меня направили в город Чебоксары в школу предварительного обучения на лётчика-истребителя. В декабре 1941 года школу расформирова­ли. Меня направили в Астраханское военное авиатехническое учи­лище. 29 апреля 1942 года под оркестр нас направили на фронт. Но мы поплыли на пароходе «Ильич» в Сталинград. В начале мая были уже в городе Харабали Астраханской области. Здесь в ближайших сёлах формировалась 138-я отдельная стрелковая бригада Примор­ской Армии. Там я стал разведчиком-автоматчиком 4-го батальона 138-й стрелковой бригады.

В конце мая 1942 года нас послали в станицу Крымская Красно­дарского края. В начале июня повезли в Новороссийск. Потом поса­дили в новейший крейсер «Молотов». Бригада стала именоваться «морской». Ночью 13 июня мы приплыли в горящий от снарядов и бомб Севастополь. Через несколько дней вступили в бои с захватчи­ками. Самые жестокие сражения были около станции Мекензиевы Горы (восемь раз они выбивали нас из станции, восемь раз мы выби­вали их) и на Чёрной Речке, где я был тяжело ранен (осколок мины до сих пор сидит во мне). Меня отправили в госпиталь бухты Камы­шовой. Очнулся на операционном столе. 2 июля 1942 года госпи­таль захватили фашисты. Раненых положили в телеги, впрягли здо­ровых пленных и повезли нас до Бахчисарайского лагеря. Здесь у подножия холма на открытом воздухе, окружённый колючей про­волокой, под охраной полицаев и румын был сооружён временный лагерь. Раненых разместили в больших брезентовых палатках. Кор­мили два раза в сутки баландой (ложка отрубей на котелок холодной воды из ручья) и буханкой хлеба с отрубями на шесть человек. Ника­кого ухода за ранеными не было.

Потом повезли в Симферополь. Здесь впервые перевязал пленный врач. Рана на ноге у меня зарубцевалась и я уже мог ходить без косты­лей. Только ныли раны под лопаткой. Плохо двигалась правая рука. Затем нас посадили в теплушки и повезли в Днепропетровскую тюрь­му. Затем в концлагерь смерти «Славутич», потом в Шепетовку. Здесь я заболел сыпным тифом. Никакого ухода за нами не было.

После выздоровления стали водить нас убирать сахарную свёклу. Сопровождал нас старый немец. Он разрешал разводить костёр и печь свёклу. Мы ели до отвала, а часть приносили в лагерь и обмени­вали её на хлеб, табак, одежду. Потом нас осмотрел врач-немец и отобранных военнопленных отправили в Польшу, в Катовицы на шахту «Червоне Груба». Работали мы на глубине 800 метров «чепали» уголь. Здесь я познакомился с Борисенко Николаем Михайло­вичем. Позже я узнал, что он руководил подпольной группой, кото­рая занималась диверсиями (поджигали уголь масляными тряпка­ми, сыпали песок в буксы колёс вагонов, ломали насосы, вентиля­цию и так далее). Я стал ему помогать, а позже, когда он узнал, что я знаю немецкий язык, попросил переводить газеты, которые ему да­вали рабочие шахтёры. Своими переводами я поднимал дух и на­строение военнопленных. Из-за тяжёлой работы у меня открылись раны, появились язвы и меня перевели наверх. Заставили чистить уборную для военнопленных и мыть котлы после баланды. Шахтё­ров кормили лучше, чем просто военнопленных. Хлеба давали бу­ханку на 4-ых, баланда была заправлена маргарином. Зимой поло­вину военнопленных (бывших шахтёров) отправили пешком через Чехословакию в Германию. Чехи нас жалели. Когда нас оставляли ночевать в сараях под охраной, они просили часовых — старых нем­цев, разрешить принести нам суп и хлеб. Недалеко от курорта Кар­ловы Вары нашу колонну догнали три машины. Из них вылезли два немца и власовец-офицер. Власовец стал нас уговаривать идти в армию Власова. Но никто из строя к нему не вышел. Это была заслуга подпольщиков Борисенко. Нас привели в лагерь Латдорф. Дали горячей баланды и хлеба (Буханка на 6 человек). Там удалось вскоре организовать восстание. Немцы убежали, а власовцы откры­ли огонь из пушки. К счастью, никто не пострадал. Прибывший лейтенант Николаев сформировал полк из репатриированных. Борисенко стал его командиром, а я его помощником. До демарка­ционной линии в Польше нас довезли на «студебекерах», а потом мы пешком добирались до Волау. Здесь прошли первую проверку органами НКВД. Меня сделали редактором стенгазеты «Освобож­дение». Примерно через месяц приехал полковник из санатория, отобрал 20 человек, поставил во главе меня и мы поехали в Воль-денберг, а оттуда в санаторий «Залице Здруй». Меня назначили ко­мендантом. Раны и язвы быстро залечили. Я послал домой посыл­ку и письмо. Дома думали, что я погиб (мама получила похорон­ку). Брат написал, что мне надо учиться, «выбирайся в Москву». Я написал письмо в ставку Рокоссовского. Через несколько недель получил ответ. Меня отпускали в Москву, но через лагерь 277 — в Волау. Опять проверки. Потом Гродно, опять проверка, и, нако­нец, еду домой. В начале августа 1947 года прибыл в Москву. Здесь опять были проверки, после которых меня прописали. Экзамен я уже сдавал в МГПИ им. Ленина на географический факультет. На­брал 13 баллов, а надо было набрать мне, как участнику войны 12 баллов. 1 сентября 1947 года стал студентом географического фа­культета. Пришлось работать и учиться, так как кормилец семьи — мой отец, погиб в 1944 году на фронте. Учился я хорошо и вёл боль­шую общественную работу (член профкома факультета, председа­тель ДСО «Большевик», председатель научного общества студен­тов «Географ», член сборной спортивной команды института). В 1951 году окончил институт с красным дипломом. Факультет преподавателей физкультуры окончил также с отличием. Мне как отличнику предложили поехать в три места работы (по выбору): Калугу. Чебоксары и Бурят-Монголию. Мы с женой выбрали Бу­рят-Монголию. 1 сентября я стал работать в 12 средней школе в Улан-Удэ. В школе оборудовал географический кабинет, постро­ил с ребятами географическую площадку (первую в республике!). Члены моего географического кружка занимали призовые места в географических олимпиадах. Потом из кружка мы образовали общество «Географ», где было 5 секций: историческая, физио-гео-графическая, метеорологическая, экономо-географическая и краеведческая. Меня пригласили в ИУУ (институт усовершен­ствования учителей) города, где я стал читать лекции и вести прак­тические занятия с учителями. Затем предложили участвовать в работе на радио (читать «географическую страничку»). Сам я пи­сал в газеты Бурятии о природе республики, о туризме. О моей работе писали также и в газете «Бурят-Монгольская правда» и в журнале «Помощь учителю».

В 1953 году мы выехали в Москву. Я поступил на работу в школу № 31 Фрунзенского района учителем географии и астрономии. Че­рез год организовал спортивно-трудовой туристский лагерь на бере­гу пестовского водохранилища (один из первых в СССР). В 1960 году совместно с журналистом Базуновым Борисом написал книжку «Ту­ристская республика». О нашем лагере писали статьи в газетах и жур­налах. Даже Лев Кассиль написал о нём. Мы с ребятами выпустили целую газету «Пионерская правда» о житье-бытье в нашем лагере.

В 1958 году меня назначили директором школы № 31, в которой я работал с 1953 года учителем. В 1961 году я стал директором двух школ, своей 31-ой и школы-новостройки № 256. 1 сентября 1962 я открыл эту школу. Школа была первой в микрорайоне. Пришлось вести занятия в школе в три смены, да ещё второй этаж взяли для поликлиники, так как её здание ещё не было готово к приёму паци­ентов. В классах сидело по 45-48 человек. Однако работа шла, так как подобрался очень сильный состав учителей. Через несколько лет мы с учащимися с помощью председателя райисполкома Заха­рова соорудили первый во всём районе стрелковый тир. Учитель биологии Вовк сумел создать лучший приусадебный участок, учи­тель Шульц создал лучшую команду по баскетболу. Она заняла пер­вое место в Москве, и была награждена поездкой в лагерь Артек. Учащиеся вместе с партизанами Подмосковья заложили в честь 50-летия октября «Берёзовую аллею». Учитель географии Зак и я со­здали лучший в районе географический кабинет. Наши учащиеся неоднократно занимали призовые места на школьных олимпиа­дах. В школе с помощью РОНО и родительского комитета были организованы музыкальные кружки. Они стали основой для орга­низации музыкальной школы, построенной на участке нашей шко­лы № 256. Школы устраивали туристские слёты в районе станции Апрелевка. Учили ребят ставить палатки, умению готовить пищу на костре, ориентированию, изучали природу леса, учили эколо­гическим навыкам.

В нашей школе выступали дважды Герой СССР космонавт Гор-батко В.В., академик Капица, доктор географических наук Соловь­ёв, композитор Френкель, заслуженные учителя Метревич, Заслав­ский, Калинин и другие.

Я участвовал в общественной работе района и города. Был чле­ном райкома профсоюзов работников школ и научных учреждений, членом Наблюдательной комиссии райисполкома, членом учебно-методического Совета при министерстве просвещения РСФСР, пред­седателем Совета Приморской Армии.

В 1979 году пришёл работать учителем географии Московской очно-заочной школы для слепых и слабовидящих. Через два года меня назначили методистом школы. В 1996 году эту школу закрыли и создали детскую школу для слепых и слабовидящих. Меня при­гласили работать в ней учителем географии. Педсовет школы из­брал меня председателем трудового коллектива. В 2004 году я полу­чил звание «Почётный работник общего образования РФ». В 2006 году ушёл на пенсию. У меня педстаж 62 года, из них 20 лет работал директором школ и 42 года учителем. Участвовал неоднократно в московских фестивалях детского и педагогического творчества «На­дежда». Был дважды лауреатом. Награждён медалями и дипломами. В 2000 году ветераны района избрали меня членом Совета первич­ной организации №5 и поручили вести военно-патриотическую ра­боту в школах. Что я и исполняю в данное время.